В семье скандинавского дизайна датский — наиболее привлекательный. Он отличается крайней традиционностью, использованием ремесленных технологий и натуральных материалов высочайших декоративных свойств. Датчане говорят: мы занимаем небольшой остров, скудный на природные ресурсы, но у нас есть умная голова и трудолюбивые руки, и это уже достаточный ресурс, чтобы добиться успеха
Кресло FJ45 дизайн Финн Юль 1945 года из коллекции галереи Dansk Mobel Kunst
История датского мебельного дизайна берёт своё начало в 1554 году, когда из Гильдии столяров Копенгагена выделяется самостоятельная Гильдия краснодеревщиков — ремесленных мастеров высокого уровня, работающих с дорогими породами древесины. Гильдия краснодеревщиков регламентировала деятельность своих членов: вела обучение, закупала необходимые материалы, а главное контролировала качество производимых изделий, поставляемых в основном на требовательный английский рынок. Чтобы стать членом Гильдии, мастеру необходимо было представить на суд комиссии своё лучшее изделие — произведение мебельного искусства, mobelkunst.
Дизайнер Педер Моос всю мебель изготавливал исключительно самостоятельно используя традиционные методы.
Традиции ремесленного производства укоренились в Дании, и даже повсеместное использование машинного производства в 1920-е годы не изменило заведенного порядка. Наоборот, конкуренция с более дешевой массовой продукцией, поставлявшейся с континента, заставила датчан возродить конкурсы Гильдии краснодеревщиков, задачей которых стало обеспечить взаимодействие наиболее талантливых ремесленников и дизайнеров с представителями зарождающихся массовых производств.
Дизайнер Кааре Клинт считается отцом датского мебельного дизайна: именно он организовал в 1924 году факультет Мебельного дизайна в Королевской академии изящных искусств. В отличие от представителей континентальной Европы эпохи «ревущих двадцатых», Клинт не стремился к революционному новому. Напротив, он призывал своих студентов изучать исторические образцы и искать в них причины гармонии, красоты и эргономики. «Нет такой задачи, которая не была бы успешно решена в прошлом», — объяснял свой подход Клинт.
Стулья дизайна Ханса Вегнера и Бёрге Могенсена, учеников Кааре Клинта, на экспозиции выставки «Легенды датского дизайна» 2017 год
В свете этого датский дизайн представляет фундаментальный интерес именно для России, последнее столетие без оглядки стремящейся в будущее. Нам следует наконец притормозить, отдышаться и оценить, где мы находимся и не упустили ли из виду что-то ценное, что осталось позади нас в нашей истории. И это касается не только истории дизайна.
Любое внимание к датскому дизайну ценно в России, тем более внимание одного из крупнейших отечественных музеев, каким является ГМИИ имени А. С. Пушкина. Именно в нем 12 апреля 2017 года открылась экспозиция «Легенды датского дизайна». Это был совместный проект ГМИИ им. А. С. Пушкина и Московского музея дизайна под руководством Александры Саньковой и задумывался он в сотрудничестве с Музеем дизайна Копенгагена. Проект вынашивался несколько лет, за время которых отношение датской стороны к проекту изменилось из-за событий в Крыму.
Экспозиция выставки «Легенды датского дизайна» 2017 год
В официальной переписке наши датские коллеги обещали всестороннюю поддержку, но на практике никакого движения не наблюдалось. Дата открытия стремительно приближалась, и беспокойство организаторов росло. В поисках альтернативных источников материалов для выставки организаторы в лице Александры Саньковой обратились в Chairmuseum осенью 2016 года. Так я стал со-куратором выставки.
Кресло РК22 1955 года, дизайнер Поль Кьяерхольм из коллекции Chairmuseum
Коллекция Chairmuseum не имела достаточного числа уникальных объектов, и обойтись своими силами было невозможно. В поисках поддержки со стороны Музея дизайна Копенгагена мы с Александрой вылетели в Данию и встретились с директором музея Анной-Луизой Соммер. Но отношение к нам не изменилось: на словах музей был готов к взаимодействию, но предоставлять экспонаты для выставки в Москве никто не спешил. До открытия оставалось чуть более четырех месяцев, срочно требовалось какое-то решение.
Работа с архивом Музея дизайна Копенгагена. Фото Александра Санькова
К счастью, сотрудники Королевской библиотеки Дании отнеслись с большим энтузиазмом к нашему проекту и подобрали уникальные архивные материалы, которые были готовы предоставить для экспозиции. Оставался вопрос с объектами. И здесь выручил опыт выставки «Классика финского дизайна», которую я провёл в галерее Modernariat в 2012 году: тогда некоторые экспонаты предоставили частные коллекционеры.
Я лично знал несколько коллекций. Наиболее интересной была коллекция Dansk Mobel Kunst, принадлежащая Уле Хёстбо. К этому моменту я уже бывал у него в гостях, приобретал предметы для Chairmuseum и подружился с его сотрудником Николо из Сербии, еще не забывшим русский язык, который он изучал в школе.
Экспозиция галереи Dansk Mobel Kunst
Уле часто давал предметы из своей коллекции для выставок в европейских музеях и теперь с интересом отнесся к идее выставить собственные объекты в лучшем музее Москвы. Он просто дал нам ключи от хранилища и сказал, чтобы мы брали все, что нам понравится, и ставили это в середину галереи. Там было все необходимое, тем более задуманная нами экспозиция не была большой. Наша идея сотояла в том, чтобы выставить по одному объекту от каждого из наиболее значимых дизайнеров послевоенного периода. Наш вишлист был таков: Кааре Клинт, Оле Ваншер, Финн Юль, Бёрге Могенсен, Ханс Вегнер, Арне Якобсен, Поль Кьяерхольм, Поль Хеннингсен, Грета Ялк, Вернер Пантон. Из десятка позиций у Уле Хёстбо нам оставалось взять всего шесть, поскольку кресло Кьяерхольма было в коллекции Chairmuseum, оригинальный стул Ant Якобсена первого выпуска удалось купить по объявлению прямо в Копенгагене, стул Panton-chair и светильник Artichoke Хеннингсена удалось достать в Москве у дилера лицензионных репродукций.
Обсуждение объектов для экспозиции с Уле Хёстбо, владельцем галереи Dansk Mobel Kunst
По возвращении в Россию мы с Александрой распределили задачи: она со своими коллегами из Московского музея дизайна занимались доставкой экспонатов, логистикой и оформлением экспозиции, а я готовил сборник статей о датском дизайне. Он вышел в 31-м номере журнала «Проектор», который по сути являлся каталогом выставки.
Экспозиция получилась очень стильная и идеально соответствовала принципам датского дизайна: мы имели немногое, но умная голова и трудолюбивые руки сделали свое дело. На открытии выставки мне любезно предоставили слово. Я говорил о том, как важно представлять в музеях дизайн как элемент человеческой культуры, а в завершении речи привел мысль шведского искусствоведа Эрика Виттергрена, высказанную им ещё в 1914 году: «Художественная промышленность и ремесло в большей мере, чем чистые искусства, отражают общий культурный уровень народа». Эта мысль звучала неожиданно в одном из крупнейших художественных музеев нашей страны.