Ленинград. Зима.
Город медленно умирает не только от голода и снарядов — от инфекции. Раны гноятся. простые порезы становятся смертельными. Врачи умеют оперировать, но не могут остановить заражение.
Зинаида Ермольева. Микробиолог.
Её враг — не танки, а бактерии. Она знает: если не остановить инфекцию, война будет проиграна внутри людей.
Зинаида Ермольева. Микробиолог.
Её враг — не танки, а бактерии. Она знает: если не остановить инфекцию, война будет проиграна внутри людей.
Зинаида Ермольева. Микробиолог.
Её враг — не танки, а бактерии. Она знает: если не остановить инфекцию, война будет проиграна внутри людей.
Зинаида Ермольева. Микробиолог.
Её враг — не танки, а бактерии. Она знает: если не остановить инфекцию, война будет проиграна внутри людей.
Зинаида Ермольева. Микробиолог.
Её враг — не танки, а бактерии. Она знает: если не остановить инфекцию, война будет проиграна внутри людей.
Зинаида Ермольева. Микробиолог.
Её враг — не танки, а бактерии. Она знает: если не остановить инфекцию, война будет проиграна внутри людей.
Зинаида Ермольева. Микробиолог.
Её враг — не танки, а бактерии. Она знает: если не остановить инфекцию, война будет проиграна внутри людей.
Никаких стерильных помещений.
Холод. Голод. Отсутствие реактивов.
она работает почти вслепую, почти на интуиции.
Каждый эксперимент — это риск, а каждый день — гонка со смертью пациентов.
Обычная плесень, в которой заложен шанс на выживание миллионов людей.
Ермольева выделяет штамм, который убивает бактерии.
Антибиотик сразу отправляется в госпитали.
Времени нет ни на сомнения, ни на клинические испытания.
Первые выжившие.
Первые спасённые раненые.
«Крустозин» становится частью фронта. Но он не убивает, он сохраняет жизни.
Одна женщина сумела спасти целый город, не имея под рукой ничего, кроме плесени.
