Архитектура в мире моды

Нередко направления искусств пересекаются между собой. Заимствование идей из других отраслей и объединение их с точкой опоры — один из наиболее распространенных методов изобретения чего-то нового. Но в данном случае архитектура напрямую связана с модой не только в формате самих объектов моды, заимствующих идеи архитектуры, но и как пространство для их реализации.

В этом исследовании я хочу рассмотреть связи между архитектурой и модой — как геометрия зданий и архитектурные направления влияют на моду и используются ей. Меня интересуют реальные, подтверждённые фактами точки соприкосновения. Случаи, когда один и тот же человек работает и в моде, и в архитектуре. Когда дизайнер мыслит форму так же, как архитектор. Когда одежда и здание строятся по одним правилам и используют похожие материалы.

Моя гипотеза — граница между модой и архитектурой стерта во многих случаях и они напрямую влияют друг на друга.

Ключевой вопрос — Где проходит граница между модой и архитектурой?

Для поиска материала для этого исследования я буду использовать только подтвердженные пересечения, обоснованные фактами. Например, мы рассмотрим группу авторов моды, кто являются архитекторами по образованию. Такие как Пьер Карден и Хуссейн Чалаян — архитекторы по образованию, которые стали модельерами. Или Заха Хадид — архитектор, которая проектировала обувь.

А ещё есть дизайнеры, которые не имеют архитектурного образования, но используют архитектурные направления. Рик Оуэнс проводит показы в бруталистских зданиях и использует идеи брутализма в своих дизайнах — массивные формы, грубые материалы, отсутствие декора. Гарет Пью разбирает форму на части и собирает заново — точно так же, как деконструктивисты Фрэнк Гери и Даниэль Либескинд. У Джил Сандер — тот же минимализм, что у Миса ван дер Роэ.

Когда архитектор по образованию становится модельером, он не меняет профессию: он продолжает проектировать, только масштаб смещается с здания на силуэт. Когда архитектор проектирует обувь или одежду, архитектурная логика: складка, кручение, органическая кривая и инженерный расчёт сохраняется полностью. И наоборот: когда дизайнер без архитектурного образования работает с массивными формами, грубыми материалами, открытыми швами или строгой пропорцией, он мыслит как архитектор, потому что работает с теми же параметрами — весом, плотностью, текстурой вещества.

В авангарде 1920-х годов одежда проектировалась как промышленная конструкция, а тело рассматривалось как элемент, вписанный в геометрическое пространство. Это показывает, что связь мода–архитектура это историческая норма: обе дисциплины выросли из общей попытки организовать пространство вокруг человека. Архитектура строится для людей и одежда сшивается для них же — соотвественно в определенном пространстве имеются определенные нормы одежды.

I. Архитекторы и мода — люди с архитектурным образованием, которые построили и дома, и моду. II. Брутализм: Рик Оуэнс — мода, которая выглядит как бруталистская архитектура, и проводит показы в бруталистских зданиях. III. Деконструктивизм: — мода, которая разбирает форму так же, как деконструктивистская архитектура. IV. Минимализм: — мода, которая так же гениальна как и проста V. Прямые взаимодействия с архитектурой: — мода, которая намеренно визуализирует существующие здания Москвы в одежде.

Самый прямой путь между архитектурой и модой — когда архитектор начинает проектировать одежду. Например, Заха Хадид, архитектор мирового уровня.

В 2013 году Хадид спроектировала коллекцию обуви для бренда United Nude. Туфли были сделаны из стекловолокна и нейлона по технологии 3D-печати. Они выглядели как фрагменты её зданий: изогнутые, органические, с открытой внутренней структурой. Это были не туфли «вдохновлённые» архитектурой. Это были миниатюрные версии архитектурных проектов Хадид, уменьшенные до размера ноги.

Центр Гейдара Алиева, Баку — спроектирован ей. Белые кривые панели — тот же язык форм, что и в обуви для United Nude.

В 2017 году Рей Кавакубо оформила выставку в Метрополитен-музее не как традиционную ретроспективу, а как архитектурное пространство. Вместо манекенов в ряд она построила белые арки, туннели, купола — и поместила внутрь них одежду. Кавакубо заставила моду играть вместе с архитектурой как единое целое, используя пространство музея.

Пьер Карден учился на архитектора. До того как открыть модный дом, он проектировал интерьеры и здания. В 1989 году он купил Palais Bulles — Дворец Пузырей на Лазурном Берегу, спроектированный архитектором Антти Ловагом. Здание состоит из сфер, цилиндров и круглых окон — ни одной прямой линии. Карден перестроил его под себя, и сегодня это одновременно его дом, музей и место показов.

Карден строил одежду из геометрических форм: конусов, сфер, цилиндров. Его модели ходили в зданиях, которые он спроектировал, в платьях, которые он тоже спроектировал.

Prada стала первым брендом моды, который привлекал ведущих архитекторов для проектирования магазинов. В 2001 году Rem Koolhaas и его бюро OMA спроектировали Prada Epicenter в Нью-Йорке на Бродвее. Это был не просто магазин, а специально спроектированное пространство моды.

В 2003 году Herzog & de Meuron построили флагман Prada в Аояме, Токио.

Брутализм — архитектурное движение, для которого характерны массивные бетонные формы, открытые конструкции, отсутствие декора, монументальность. В Лондоне Barbican Estate и Southbank Centre — два главных примера брутализма: огромные массы бетона, грубые поверхности, масштаб, который подавляет человека.

Рик Оуэнс — американский дизайнер, работающий в Париже — создаёт одежду, которая визуально совпадает с бруталистской архитектурой. Его материалы: необработанная кожа, войлок, мех, тяжёлый хлопок, резина. Это материалы, которые держат форму сами по себе, как бетон.

Оуэнс часто проводит показы в бруталистских локациях. Его коллекция Spring 2016 проходила в заброшенном складе Парижа с открытыми бетонными колоннами. Модели в чёрном шли между колоннами — одежда и архитектура стали одним целым.

Деконструктивизм в архитектуре — это когда здание отказывается быть цельным. Фрэнк Гери в музее Гуггенхайма в Бильбао собрал здание из обломков — наклонённые стены, пересекающиеся плоскости, титановые панели, которые отражают свет. Даниэль Либескинд в Еврейском музее в Берлине создал зигзагообразную форму с острыми углами — необычная форма как явное высказывание.

Гарет Пью работает по той же логике. Его коллекции — это геометрические формы, собранные из кусков. Полоски, углы, асимметрия, чёрно-белая палитра. Его наряды с острыми плечами и геометричными юбками выглядят так, будто их собрали из обломков другой одежды.

В 1929 году Мис ван дер Роэ построил Барселонский павильон — временное здание для Всемирной выставки. Оно стояло меньше года, но изменило архитектуру навсегда. Стеклянные стены, мраморные перегородки, хромированные колонны, плоская крыша, отражающий бассейн. Никакого декора, никаких украшений — только материал, пространство и свет.

В моде минимализм нашла Джил Сандер. Сандер проектировала одежду по тем же принципам — чистые линии, отсутствие декора, идеальный крой, премиальные материалы. Её коллекции — белые рубашки, серые пальто, чёрные брюки — ничего лишнего, каждая деталь функциональна.

В 2025 бюро Verlab выпустило коллекцию образов «Стоять особняком», которые вдохновлены знаковыми московскими особняками. Это пример прямой умышленной взамосвязи между модой и архитектурой.

Мода и архитектура постоянно пересекаются друг с другом и как выяснилось, определенной границы между ними нет. Так или иначе любой показ — происходит в здании с историей и часто само здание играет вместе с коллекцией, как у Рик Оуенса. Как предполагалось, — мода и архитектура создаются для людей и это главное, что их объединяет. Из этого уже и появляются прямые копии зданий в моде и архитекторы-модельеры.