В чём божественность быта Голландии на холстах 17 века?

У людей хоть чуть-чуть знакомых с историей искусств словосочетание «Золотой голландский век» скорее всего ассоциируется с бытовой живописью. Действительно, в Голландии семнадцатого века происходит рассвет этого, отличающегося от итальянской эпохи возрождения отсутствием обращения к мифологическим и религиозным сюжетам, жанра из-за столкновения интересов фламандского католицизма и голландского протестантизма в 15-16 веке.

При исследовании голландского бытового жанра меня пугали такие сравнения ветвей эпохи возрождения, так как в большинстве случаев создавалось впечатление, что в массы продвигается мысль — уникальность и увлекательность голландской живописи заключается в «привычной простоте» сюжетов, то есть картины передают лишь визуальный образ быта. Конечно, некоторые знают и о скрытом значении некоторых деталей интерьера, но чаще всего они связаны с эротическим подтекстом. Однако величие голландской бытовой живописи заключается в создании идеализированной, гармоничной модели мира в привычной современникам обстановке, где интерьер становится универсальным пространством для размышлений о порядке, свете, частной жизни и боге.

Глубокое изучение темы было вызвано тем, что я заметила в современных статьях о бытовом жанре живописи про окружающие героев предметы рассказывают по большей мере скрытые пикантные подробности или их прямое назначение, что, конечно, имеет место быть, но не является самым важным в интерьерах малых голландцев, поэтому для визуального исследования был я брала произведения, которые были упомянуты в таких статьях и анализировала визуальные приемы, которые помогли бы мне раскрыть глубокое значение фонов. А также кадрировала фрагменты произведений и располагала их рядом с оригиналом, что визуально подчеркивает погружение в картины.

Исследование делится на три части — три приема. Первая часть рассматривает интерьер как способ погружения зрителя с помощью пространства. Вторая часть исследует свет и его значение на полотнах. Третья часть посвящена символам божественного в предметах на картинах.

Для углубленного погружения в тему исследования я разделила источники по обширности информации на тему голландской бытовой живописи: научные статьи о золотом веке искусства в Голландии для понимания особенности всего жанра в истории; статьи о символике цвета, света, предметов обихода, чтобы уловить посыл отдельных произведений; статьи, осмысляющие связь с жанра с человеком-современником произведений для понимания влияния художественных приемов на человека

Голландские мастера строили композицию не как плоскую сцену, а как серию взаимосвязанных пространственных «кадров», создавая ощущение глубокой, обжитой среды.

Вермеер в «Молочнице» достигает иллюзии глубины через тональную перспективу и точную работу со светом. Стена, первоначально воспринимаемая как плоскость, «открывается» благодаря трем элементам: окну как источнику света, корзине, отбрасывающей сложную тень, и небольшому ящику, который создает дополнительный план. Пустое пространство стены между этими элементами наполняется воздухом и светом, визуально отодвигая плоскость. Продуманность этого приема перспективы поражает: совсем недавно реставраторы обнаружили закрашенные художником корзину из ивовых веток и кувшины на стене.

Композиция «Комнаты в голландском доме» построена как анфилада: из трех смежных комнат, где дверные проемы формируют строгие геометрические рамки. Уходящая вглубь перспектива подчеркивается чередованием световых пятен — от темного переднего плана к залитому светом заднему. Художник мастерски использует линейную перспективу: плитки пола, линии дверных косяков и балок потолка сходятся в единой точке схода, создавая математически точное пространство. Особый интерес представляет игра масштабов — фигура женщины на дальнем плане кажется миниатюрной, что усиливает ощущение грандиозности домашнего пространства.

Современному человеку вряд ли знакомо ощущение погружения в полотно, так как большинство в наше время не считает себя верующими, чего не скажешь о голландцах семнадцатого века. Для полного сходства с иконой, затягивающей вас внутрь, не хватает лишь только ярко выраженной обратной перспективы. Но ее всё же можно заметить, например, у Яна Вермеера в «Молочнице» — ближняя зрителю часть стола не расширяется, а сужается.

Это говорит о присутствии в бытовой живописи Голландии семнадцатого века божественных мотивов без использования библейских сюжетов. А также объясняет, почему не захватывающие дух картины были так дороги всем слоям населения в протестанской Голландии.

«Жанровая живопись, ставшая обязательным элементом убранства бюргерского дома, выступила „заместителем“ религиозных образов и верно служила своему владельцу визуальной опорой в той драме борьбы добра и зла, в которую человек погружён от рождения и до смерти.» [2]

Сюжет картины «Девушка, читающая письмо у открытого окна» — любовная история. Об этом говорят фрукты, падающие из тарелки также, как падал в руки евы запретный плод. А купидон на стене, который по размеру идентичен девушке, буквально кричит о любви на картине.

Любовь— это высокое чувство, а страсть и похоть уже считаются грехопадением.

Чтобы передать этот конфликт нравственного и порочного, Вермеер создает сложную оптическую систему, где свет становится физически осязаемой средой. Плотный, но невесомый световой поток наполняет пространство рефлексами: отраженный от стены свет смягчает тени на лице девушки, желтое платье работает как вторичный источник освещения, а стекло окна дает мягкое преломление лучей. Композиция строится как диалог между внешним и внутренним миром, материальным и духовным, грехом и добродетелью.

Особое мастерство Метсю проявляет в передаче качества света .На картине «Больная и врач» холодный свет подчеркивает бледность кожи больной и создавая атмосферу хрупкости и уязвимости на конрасте с одеждой больной, которая преимущественно теплых тонов.

Символически свет у Метсю несет несколько смысловых слоев. Можно интерпретировать его, как символ надежды, так как освещена только больная и лекарства на столике рядом с ней. Но это же может и значить, что девушку уже не спасти — божественный чистый свет забирает ее из материального мира.

Свет на картинках Терх Борха же не имеет четкого источника или направления. На всем полотне он отражен или рассеянного, приглушенный бархатистыми поверхностями и темными стенами, мягко скользит по серебряному кувшину и создает сатиновые блики на платье женщины.

Картина представляет свет как символ духовной гигиены — процесс омовения рук превращается в ритуал очищения души. Свет имеет несколько смыслов: пространство, которое заполняет все вокруг, что будто говорит: Бог везде; проявление чистоты, нравственности в самых ярких элементах картины (складки платья).

Композиция и расположение света на картине, это точно не первое, на что смотрит зритель. Однако если бы исследование началось с поиска отсылок к божественному в предметах быта и окружения, его структура походила бы на статьи, упомянутых в концепции. Но не отметить символику в картинах конечно же, нельзя.

Вермеер в картине «Географ» объединяет стремление к новому и стремление Богу. Глобус, карты на заднем планы и разбросанная бумага свидетельствуют о поиске неизведанного в реальной жизни, но и отсылает к нравственным поискам. Глобус представляет собой своеобразную модель не только Земли, но и всего мироздания.

За, на первый взгляд, примитивными сюжетами быта в произведениях голландских мастеров скрываются обращение к Богу и стремление к нравственности. Это связано не только с историей протестантской Голландии — церковь запретила религиозные изображения массового пользования —, но и со стремлением художников показать, что бог есть везде и властвует везде.

Целью было найти определенные приемы, которыми художники бытового жанра показывали в быте что-то более высокое, чем повседневность.

Я выявила два основных приема.

Использование перспективы картины для погружения в нее зрителя, что достигалось наличием в почти каждой картине жанра «выхода» за пределы композиции (окно, дверь). Или, наоборот, преобладание свободного пространства, которое не занимает ни персонаж, ни сюжет, помогало начать искать что-то возвышенное в пустоте.

А также значение света в поиске Бога на картине. По моим наблюдением, светом художники всегда акцентировали внимание добродетелях