«Образ Петербурга в поэзии Блока и живописи Добужинского».

Связь живописи и поэзии уходит корнями в глубокую древность. Эти два искусства развивались параллельно, дополняя друг друга. Их объединяет создание образов и передача эмоций.Оба вида творчества помогают глубже понять мир.В сфере изобразительного искусства важнейшими элементами является ритм, движения, гамма и цвет. А для поэзии — естественность, проникновенность, чувства.

Образ города имеет свою судьбу.Город живёт своей жизнью, и облик его складывается по неведомым законам — не по воле тех, кто в нём живёт. Каждый, кто смотрит на него, пропускает этот образ через призму собственной души, добавляя что‑то своё, личное. Но эти личные штрихи — лишь тонкие мазки на уже написанной картине. Так художники и поэты раскрывают образ города через своё творчество, выражают свои взгляды на мир и оставляют частичку своей души.

В качестве материала для визуального исследования я выбрала город Санкт-Петербург и решила сопоставить живопись М. Добужинского и поэзию А.Блока в изображении образа Северной столицы.Основная часть посвящена анализу сходств творчества двух деятелей.

1.Связь живописи и поэзии 2.Образ Петербурга в творчестве М.Добужинского 3.Сходства в творчестве М. Добужинского и А.Блока в изображении образа города

Образ Петербурга в творчестве Добужинского столь значим, что его по праву считают городским художником Северной столицы. «Даже среди мастеров „Мира искусства“, для которых „Петра творенье“ было предметом постоянного интереса, живописец уникален особым подходом к образу Петербурга, множеством работ о городе и личным отношением к своему творчеству. Именно так — отношением к Петербургу как к живой сущности, с которой он находится в неизреченном диалоге.

Он «портретирует» город. запечатлевая все его черты, причем Северная столица как архитектурный шедевр занимает художника далеко не в первую очередь.Парадные виды Добужинский выполнял почти исключительно на заказ, например, для «открытых писем» — первых русских художественных открыток, которые стали выпускаться в начале прошлого века. Но даже в этих работах живописец не просто фиксирует виды и наблюдает со стороны, а активно участвует в творческом процессе», выражая своё собственное, личное отношение к изображаемому.»[3]

На картине изображён Константин Александрович Сюннерберг — поэт-символист, философ-идеалист, художественный критик, член группы «Мир искусства».Композиция строится на противопоставлении героя и города, который виден сквозь широкое окно.В портрете ярко проявились характерные приёмы Добужинского: строгая графичность, любовь к силуэту, к раскрашенному линейному рисунку.

«Жуткий Обводный канал в начале века фактически являлся границей города. За ним начинались неблагоустроенные окраины, фабрики, заводы, склады. Этот мир притягивал Добужинского своей „томительной и горькой поэзией“, он первым из художников открывал его мрачную красоту.

В городских пейзажах Добужинский не стремился к топографической точности или детальной фиксации архитектурного облика здания, главным для него было передать неповторимую атмосферу места, особенность облика попавшего в орбиту его внимания городского «урочища».»[5]

«С революцией 1917 года Петербург кончился. На моих глазах город умирал смертью необычайной красоты, и я попытался запечатлеть его страшный, безлюдный и израненный облик. Я пережил в Петербурге все революционные годы», — писал в книге воспоминаний Добужинский. Это тихое угасание города, погружение в сон, в небытие отразилось в серии литографий «Петербург в двадцать первом году».[2]

«Один из немногих пейзажей мастера, исполненных маслом, характерно представляет Добужинского — грустного лирика Петербурга.Взгляд сверху усиливает остроту образа, экспрессивность очертаний и нелепость облика множества построек у стен доходного дома-гиганта, болезненную хрупкость ажура голых веток деревьев жалкого садика во дворе-колодце.»[5]

Поэтичность мироощущения Добужинского созвучна поэзии Серебряного века — Александра Блока.Поэта и художника «сближала тема современного города как источника зла и человеческих страданий, порождающего разного рода дьявольщину и бесовщину.

В 1906 году журнал «Золотое руно» объявил конкурс на лучшую разработку «модной» в ту пору темы «Дьявол».»В состав жюри конкурса были приглашены авторитетные эксперты: Блок и Добужинский, а также другие деятели искусства. По словам художника их путь в Москву лежал в одном купе.

«Добужинский создал для журнала фантастический мрачный рисунок, на котором мир предстал как глубокая тюремная камера, а люди — как бредущие по замкнутому кругу узники. Надо всем царствует Дьявол — фантастическое животное с железными паучьими лапами и мерзким мохнатым телом, как будто высматривающее очередную жертву.»[3]

Современные исследователи обнаружили яркий аналог символического рисунка в статье Блока «безвременье» (напечатанной. кстати. в предыдуших номерах того же «Золотого руна»). «На первой странице описан ужас эпохи через образ„липкого и отвратительного серого животного“ — необъятной серой паучихи, проникающей всюду и окутывающей людскую жизнь смрадной паутиной».

Блок соединяет хронику городской жизни — с её «веселящимися пьяными ватагами» — с апокалиптическими образами: обыденная пошлость у него перерастает в мрачную фантастику, полную ужасов и кошмарных сновидений.[3]

Поэт создаёт образ таинственной Невидимки — она властвует над городом, «страшна своей неопределённостью: то воет, как брошенный пёс, то мяучит, как сладкая кошка.Она запачкала кровью небо, вывесила „красный фонарик“ и беззвучно смеётся над горожанами — „слепыми продажными тварями“.»

[6] В статье «Безвременье» Блок изображает Петербург как зловещий, инфернальный город эпохи упадка, сравнивая его с серой паучихой — липким и отвратительным существом, окутывающим людские судьбы смрадной паутиной.

Творчество Блока и Добужинского объединяет резкий протест против обыденности в сочетании с поэтизацией «пошлости», которая в их произведениях возводится до уровня фантастического и символического.

Так, в картине М. Добужинского «Окно парикмахерской» создаётся выразительный контраст: одинокая и безнадёжная фигура прохожего противопоставлена картонным, но при этом «жутко‑весёлым» лицам в окне.

На полотне запечатлён уголок Петербурга с третьеразрядной парикмахерской, освещённой одиноким фонарём, чьи лучи отбрасывают причудливые, фантастические тени. «В витрине — безликие картонные изображения мужских и женских лиц, а по улице идёт сгорбленный человек с поднятым воротником — он словно тень или серый призрак.» Этот мотив «оживления» кукол и «омертвения» человека близок эстетике писателя.Вероятно, под влиянием поэта Добужинский вернулся к этому элементу, дополнив композицию вывеской «Аптека».Этот фрагмент явно отсылает зрителя к знаменитым строкам Блока: «Ночь, улица, фонарь, аптека…».[3]

В стихотворении Александра Блока «Ночь, улица, фонарь, аптека…» Петербург предстаёт как мрачный, бездушный и бессмысленный город, где жизнь и смерть тесно связаны, а человек оказывается в замкнутом круге, из которого нет выхода.

Ключевые образы и их символика: Ночь — символ тьмы, неопределённости и страха, создающий ощущение изоляции и беспросветности бытия.  Улица — часть городского пейзажа, лишённого романтики и динамики.  Фонарь — источник света, который может символизировать надежду, но его «бессмысленный и тусклый свет» подчёркивает иллюзорность этой надежды.

Аптека — ассоциируется с болезнью и смертью. В начале XX века аптеки, расположенные рядом с каналами, иногда становились местом спасения самоубийц-утопленников. Это усиливает мотив безысходности и близости смерти в повседневной городской среде.  Канал — описывается как «ледяная рябь», что создаёт ощущение холода, оцепенения и неподвижности.

Метод «фантастического реализма», восходящий к Достоевскому, объединяет городскую лирику Блока и петербургские рисунки Добужинского. Оба автора намеренно смешивают грани повседневности и романтики, низменного и возвышенного, чтобы подчеркнуть скрытую трагичность городского пространства.

Поэма Блока «Возмездие» служит наглядным примером влияния творчества Достоевского на поэзию Александра Блока. Это проявляется в художественной трактовке образа Петербурга, в психологически сложных, противоречивых характерах главных героев, а также в ряде сюжетных решений. В первой главе произведения воссоздана историческая эпоха 1870‑х годов — время, ассоциирующееся с творчеством Достоевского; более того, сам писатель фигурирует среди действующих лиц поэмы.

Создавая иллюстрации к повести Ф. М. Достоевского «Белые ночи», М. В. Добужинский уделяет основное внимание не изображению героев, а передаче атмосферы города. Большая часть графических работ выполнена в жанре городского пейзажа, в котором узнаваемые черты Петербурга из произведения Достоевского органично сочетаются с индивидуальной манерой художника — так рождается уникальный синтез «Петербурга Достоевского» и «Петербурга Добужинского».В своих работах Мстислав Добужинский использовал сдержанную цветовую палитру: в них доминируют серые и чёрные тона.

«Петербургская набережная»  «На работе изображён главный герой, одиноко стоящий у реки. Набережная Петербурга представлена как пустынное и холодное место, где каждый элемент архитектуры усиливает чувство одиночества мечтателя. Чёрные и серые оттенки создают мрачную атмосферу, в которой душа героя кажется ещё более уязвимой. Эмоциональный акцент иллюстрации — урбанистический пейзаж как отражение внутренней пустоты и тоски героя.» [11]

«Настенька у реки»: «Добужинский изображает Настеньку, стоящую у реки, погружённую в свои мысли. Здесь передан момент её уязвимости и ожидания возвращения возлюбленного. Архитектура Петербурга в этой работе словно давит на фигуру девушки, подчёркивая её хрупкость и душевную ранимость.»[11] Эмоциональный акцент: ожидание, надежда и одиночество на фоне величественного и холодного города.